Пишет Аут / Григорий Громов (abcdefgh)
@ 2003-11-22 03:22:00

... о "некогда процветавшей в СССР науке".

В заголовок вынесена цитата - фрагмент одной из заключительных фраз главы "Голубая кровь" из книги воcпоминаний С. Шноля ГЕРОИ И ЗЛОДЕИ РОССИЙСКОЙ НАУКИ.

Так уж получилось, что не так давно тут в жж зашла речь о той пущинской истории с "голубой кровью". В то время еще не был знаком с публикацией С.Шноля, а потому высказался об том здесь в сообщении ""Высшая мера гуманизма" только по тем воспоминаниям, которые складывались из общений внутриинститутских того времени.

Разумеется многие пружины раскрутки сюжета той истории, как оказалось, не знал, как и абсолютное большинство сотрудников пущинских. Поэтому с интересом прочитал, как один из преподавателей МГУ в своей - видимо регулярного цикла лекции - теперь рассказывает студентам краткую суть той истории:


В конце этой лекции, читаемой для студентов биологического факультета - биофизиков - и факультета биоинженерии и биоинформатики, лектор Загорский Вячеслав Викторович, приводит список литературы, откуда и нашел приведенную выше ссылку на главу книги С. Шноля. Совсем иначе все стало - пусть даже издаля времени - смотреться. Восхищен мужеством и умением себя держать в руках одного из главных героев той истории, с которым много лет до того и в то время часто общался, и ничего отдаленно похожего даже на тот градус напряжения в котром он - как теперь понимаю - тогда находился не мог прочесть на его лице.

В целом та история - по сравнению с тем, как ее представлял себе до книги Шноля, и описал соответственно кратко в том первом здесь о ней сообщений ("Высшая мера гуманизма" - см. ссылка выше) словно бы допроявилась в фотокювете и стали видны многие детали, но разумеется в основных контурах все оказалось именно так как и представлял себе.

Так вот та пущинская история - как и многие другие ей аналогичные - составляли весомую часть сути того периода. Bсе это - и многое, многое другое, о чем еще никто не написал и может быть уже не успеет - вместе взятое, представляемое нынче обобщенно легендируемым понятием "передовая советская наука" смотрится теперь - в глазах тех, кто того периода и вовсе не знал - томительно сладким и притягательным периодом в жизни науки. Лучше всего - как уже ни раз то отмечал - этот механизм фантазий о прошлом в ароматных парах свежесочиняемых по ходу беседы к тому миражей иллюстрируют азартные дискуссии на данную тему в дневнике ....

Update: Cреди вопросов к той истории, иногда приходилось слышать - почему Шноль? Любой из разработчиков препарата мог бы рассказать свою версию той истории, а те кто устроили на них облаву - со своей стороны - разумеется, тоже. Сколько людей - столько и мнений. И как быть - кому верить? Как совершенно справедливо заметил об том ... в аналогичной темы треде:Так кто ж их разберет-ученых-то.

Пущино в этом отношении повезло - только и всего. Где-то к середине еще периода его истории в городе - с всеобщего того благословения, что само по себе редчайший в истории случай - сложился самый доброжелательный из всех возможных культ его признанного летописца. Таким летописцем города-героя Пущино-на-Оке, а, в значительной степени, и советского периода науки биологии в целом, стал Симон Эльевич Шноль.

Разница - принципиальное отличие - его писаний по данной теме от всез отсальных состояла прежде всего в том. что они как правило широко обсуждались в его многочисленных по данному поводу лекциях перед самой разнообразной аудиторией города, МГУ и др. Потому то и выход этой его летописи уже в ее письменной форме не содержал - в отличии от многих иных - даже и единого зерна поводов для ее обсуждения в дискуссионном порядке, потому что давно за минувшие годы все регулярно же и обсуждалось всеми решительно в том заинтересованными сторонам во всех аспектах в летописи упоминаемых.

Если вернуться к теме "Голубая кровь", то СЭШ занимал в этом отношении и вовсе уникальную позицию человека, который имел исходно критические взгляды на многие стороны этой работы - с одной стороны, знал практически все о ней, как член Ученого Совета института - с другой, и в то же время не был в числе заинтересованных сторон конфликта ни с одного из его сторон.

Нет ни одного источника по данной проблеме, который бы потому мог быть в равной степени авторитетным для города и науки описываемой им в целом, компетентно осведомленным в ее деталях и полностью объективным. Редчайшее сочетание - не известно иных примеров. Но и был бы, тем ни менее, разумеется, признателен за любые альтернативные источники.